Максим Марков | ММКФ: всё ближе к финалу
2 июля вечером страна и мир узнают имена победителей 33 ММКФ - и хочется верить, что эти имена и названия хоть кому-то в нашей стране и мире будут нужны и запомнятся. В ожидании же фестивального финала я позволю себе вновь ненадолго отвлечь ваше внимание, чтобы описать еще несколько фильмов, о которых я – так получилось – не успел рассказать в прошлые дни. Это болгарские «Кеды» (главный конкурс), американские «Степи», австрийский «Tape End» и ливанская «Улица Ювелена» («Перспективы»).
«Кеды», Болгария, реж. Иван Владимиров, Валерий Йорданов.
Лето, пляж, шестеро молодых. Пиво, песни, купание в прибрежных волнах. Видеокамера, глядя в которую герои рассказывают о себе, о своих мечтах и переживаниях. Насчет проблем они стараются не заморачиваться.
Всё содержание – и определенное обаяние – этого двухчасового фильма состоит из улыбок, взглядов, дыхания, из малозначительных слов, из шепота моря… Это такое от себя написанное сочинение «Как я провел этим летом», которое, как поначалу кажется, ни на что не претендует, кроме как быть легкой (если не сказать легковесной) зарисовкой из жизни отдыхающих – похожее «кино» многие создают в поездках и на своей видеоаппаратуре. В подобных случаях, как известно, всё решает финал – чем же именно закончится для ребят и девчат этот внеплановый отпуск? И финал у этого фильма имеется – ровно такой, какой и подобает «фестивальным» картинам. Такой, когда вдруг становится понятно, что всё это, в общем-то, суета – и нет в этом мире ничего такого, за что стоило бы судорожно цепляться. И этого уже в любительском видео не увидишь – потому что отдохнув, не являющиеся киногероями люди, как правило, предпочитают все-таки вернуться на работу.
В целом это милая картина, но, на мой взгляд, ничего более.
Видеокамера присутствует в качестве одного из полноправных персонажей и в следующей картине - «Tape End», Австрия, реж. Людвиг Вюст. Режиссер проводит кастинг у себя на дому (квартира, впрочем, принадлежит супруге) и слегка жульничает, не сообщив пришедшей актрисе, что камера, которая стоит в углу, включена и записывает всё, происходящее перед ее бесстрастным взором. И если сперва мы всего лишь терпеливо ждем, когда же, наконец, прозвучит заветное слово «Приляг», то ближе к финалу узнаем нечто такое, что добавляет происходящему если не глубину, то хотя бы оригинальность.
Ничего не скажешь – занятная постановка. Всё действие разворачивается перед нами на протяжении длительности одной кассеты (и титр с заголовком появляется, соответственно, на последнем ее кадре), вставленной в ту самую камеру, через объектив которой мы и наблюдаем за тем, что творится в пределах охватываемого ею пространства. Камера полностью статична и лишь раз ее обладатель делает нам «приближение», не меняя при этом угла съемки. Подобный – принципиальный – аскетизм должен, по идее, компенсироваться интригующим сюжетом и актерской игрой – но нельзя сказать, что мы имеем здесь хотя бы один из обозначенных ингредиентов. История заставляет ахнуть только в самом конце (до которого надо еще дотерпеть), а исполнители хоть и стараются, но явно не дотягивают до того, чтобы поразить нас в самое сердце (к тому же их даже не всегда отчетливо видно).
Единственный плюс этой чрезвычайно малобюджетной ленты заключается в том, что она являет собой очередное доказательство: для фильма не нужны миллионы. Если ты хочешь снимать – придумай только, что, о чем, - ну и пожалуйста. А фестивали к тебе потом сами подтянутся. Если их отборщики, конечно, досидят до тех пор, пока в твоей камере не закончится пленка.
На видео сняты и «Степи», США, реж. Роб Нильссон. Одинокая, несчастная и слегка сумасшедшая пожилая украинка обитает в заброшенном ею отеле «Одесса», затерявшемся где-то на неприветливых улицах Америки. Ее в меру сил поддерживают входящая в возраст племянница, дружелюбный бомж и еще ряд персонажей, которые тоже знают про счастье лишь то, что его не бывает. А рядом все время витают призраки Голодомора.
Представляя фильм, программный директор ММКФ Кирилл Разлогов высказался в том духе, что не надо путать голливудское кино с исконно-американским: пусть первое известно всему миру – но оно плохое, второе неизвестно практически никому – зато оно хорошее (слова, конечно, были не совсем такие, но смысл прочитывался именно этот). И вот Роб Нилльсон – классик как раз «настоящего» кинематографа США, и принимать его в Москве – великая честь для фестиваля. Увы, будучи незнакомым с предыдущими творениями мэтра, от его новой работы я священного трепета не испытал. И ее «подлинность» показалась мне сравнимой с «сермяжностью» - и прочими сопутствующими прилагательными, которые традиционно следуют далее. Я, конечно, не против такого типа кино, но все-таки против того, чтобы столь сильно преувеличивать его значение. И хотя в целом рассказанная история вызывает сочувствие, но душевно я, черствый человек, на нее, увы, не откликнулся. И «особые» качества не оценил.
«Улица Ювелена», Ливан, реж. Мунир Маасри.
Студенты Бейрута борются за свободу и независимость своего любимого Ливана. Несмотря на притеснения «продавшихся» Сирии властей, они твердо убеждены, что истинный патриотизм – не продается.
Главное достоинство этой картины – в напоминании, что кино обязано не только развлекать, но и наставлять, говорить не только о жизни, но и о том, как следует жить. В данном случае – жить и бороться. За то, что по-настоящему дорого – за свободу. И если помыслы будут чисты, а цели – благородны, то за первыми рано или поздно поднимутся многие. Родина или смерть, они не пройдут, победа будет за нами.
И хотя на письме эти лозунги звучат сильнее, нежели на экране, да и сам фильм зачастую оказывается скован рамками политической пропаганды, его слабости и недостатки все-таки хочется простить. Потому как чувствуется, что рассказанное – не выдумка, а реальность. Причем схваченная по еще не остывшим следам и пропитанная кровью и болью не только героев, но и авторов. А это всегда дорогого стоит.
Максим Марков
