Денис Данилов | Кинорынок №76: скрининг «Обитаемого острова»
Вот теперь я прекрасно понимаю ядовитые плевки в адрес первого «Параграфа 78» со стороны тех, кто ждал забористого фантастического экшна, а получил полуторачасовую подводку к. Самое ужасное, что у «Обитаемого острова» те же самые симптомы. Я намеренно не читал книгу, чтобы воспринимать диптих с чистого листа, и как мне кажется, вне новогодних праздников и мощной телеканально-дистрибьюторской поддержки (букеры воют от драконьих методов производителей), это был бы грандиозный сорокамиллионный выстрел в пустоту.
Нет, в фильме виден его бюджет, действительно много компьютерной графики (не всегда, правда, удовлетворяющей естественностью исполнения — метеориты и субмарина Максима, к примеру), но он очень затянут. За просмотр я смотрел на часы не меньше четырех раз, а первый экшн нам показывают на сороковой минуте! Все остальное время предлагается любоваться на златовласого Василия Степанова, играющего форменного *банько. Парень только и делает, что улыбается — гвардейцам, ведущим допрос силовикам, голованам, гончим Странника — демонстрируя то ли фееричную самонадеянность, то ли космического масштаба глупость. И первые сорок минут приходится стиснуть зубы терпеть балбеса в надежде на хорошую боевую хореографию. Она есть, она действительно неплоха, но ее невыносимо мало: две, кажется, или три сцены. Если не считать расстрел железяк-самострелов в бамбуковом лесу.
Эпизод атаки голованов выполнен так же, как в ролике — стробоскопирующий экран не дает рассмотреть ничего, кроме распахнутых глаз Максима. Мир планеты, это стык третьего эпизода «Звездных войн» и «Безумного Макса»: грязный пост-апокалипсис с массой фриков из социальных слоев, которые в принципе не могут находиться рядом в одном месте, но каждая мелочь пищит и издает синтезаторные звуки (пользуясь случаем, передаю привет Джорджу Лукасу). Но самое слабое, это финал. Под удаляющихся вдаль героев пускаются зачитываемые Бондарчуком титры, в которых нет четкого «продолжение следует». Там говорится что-то вроде «но это уже другая история», но так и «Конанов» заканчивали — обычное многоточие.
