Максим Марков | «Левиафан», разобранный по косточкам: пятнадцатая глава
- Полицейского, принимающего заявление, сыграл актёр из Новосибирска Константин Телегин, однажды написавший Звягинцеву письмо с просьбой дать ему какую-нибудь роль в своём фильме. Режиссёр видел артиста в новосибирском театре, и пусть не в его правилах действовать «по знакомству» (да и пробы прошли неидеально), но Телегин роль получил. Другие полицейские в этой сцене – «актёрствующие статисты».
- Проблема со звуком в этом эпизоде намеренная – ведь персонажи общаются здесь через стекло.
- Сцену снимали в настоящей дежурной части, которую в силу определённых причин используют не по назначению, а сдают киношникам для съёмок как фильмов, так и сериалов. Звягинцев и его локейшн-менеджер Александр Воронов осмотрели в Москве три таких типичных участка – и данный понравился им более остальных.
Насколько помнит режиссёр, они получили «практически пустое пространство» - с обшарпанными стенами, креслами в коридоре, надписью на стекле и, возможно, даже с «наглядной агитацией». Всё прочее – от компьютера с сейфом до стульев с папками – привнесено сюда уже художником с ассистентом по реквизиту.
- Андрей Звягинцев убеждён, что именно личность человека является главной целью государственного строительства. Эта мысль – одна из центральных в его произведении. Режиссёр подчёркивает, что его «Левиафан» «стоит на защите таких важнейших понятий как достоинство, личность, справедливость, право. Фильм всем своим существом призван защищать в человеке его гражданскую свободу от того тотального беззакония, в котором мы обретаемся. Этот фильм и создан-то только во имя вот этого гуманистического идеала: человек свободен и личность его неприкосновенна!»
P.S. ООО «Нон-Стоп Продакшн» особо просит указывать на то, что сделанные мною скриншоты могут использоваться только в рамках настоящего проекта.
